ИССЛЕДОВАНИЯ ОБЩЕСТВА: НАУКА, ЭКЛЕКТИКА, СПЕКУЛЯЦИИ

С. С. Воронцов

Я заранее извиняюсь перед непрофессиональным читателем за возможные сложности восприятия текста, но вопрос не прост, а правила отбора квантовых состояний на языке Эллочки-людоедки не объяснить, нужен язык Паули. Кто не поймёт некоторые места работы, тому советую ориентироваться на интонацию, как это делал А. Балаганов. Кому покажется, что он всё понял, рекомендую разобраться в терминологии, возможно, он ошибается. Потому что я сам во многом сомневаюсь. Тема настолько обширна, что нельзя быть уверенным, что чего-то не упустил. И сужать её нельзя, иначе может получиться так, как поётся в замечательном старом романсе: «За деревьями мы второпях не заметили леса, из-за малых обид потеряли большую любовь».

Сейчас на науку ссылаются все, достаточно посмотреть рекламу самых жульнических товаров и услуг в СМИ. Любой пьяненький шаман сошлётся на науку, уверяя Вас в действенности его камланий.

Вопрос о критериях научности не теряет актуальности уже много десятилетий. Более того, в последнее время его важность чрезвычайно возрастает, так как не только результаты исследований естественных, социальных, гуманитарных наук, отвечающие критериям научности, становятся руководством к действию в политике, международных отношениях, вообще в процессе глобализации. Но и спекуляции на авторитете науки сплошь и рядом принимаются как руководство к действию, аргументы при этом подобны аргументам упомянутого выше шамана. Проявился странный феномен: аргументы неопозитивистов по чисто логическому обоснованию того, что никакой логикой истинность положений научной теории доказать нельзя, переродились в произвол постмодернизма, утверждающий истинность всех умопостроений вообще, независимо от каких бы то ни было критериев. Корни этого феномена, как представляется автору, в том, что аргументы неопозитивистов, в частности, Л. Витгенштейна, логических позитивистов Венского кружка, основаны на анализе семантики языков [1]. Языки хоть и являются отражением реальности, но они – атрибут не только Природы, которую должны отражать, а также человеческого сознания. А оно содержит множество мифов, артефактов и искажений, связанных с его эволюционной природой [2]. Семантика и логика языков хороша для исследования свойств человеческого мышления и сознания, а не законов Природы. Поэтому нельзя «учиться» у языков, нужно учиться у Природы – у её элементов ценностные с чисто человеческих позиций свойства отсутствуют. В этом и заключается «метафизика» неопозитивистов, хотя они от неё всячески открещивались. Получается, что использовать неопозитивизм для исследования Природы – то же, что использовать в конечной математике не классическую и вероятностную логики [3], как это предполагалось позитивистами и некоторыми их последователями, а логику Зенона Элейского [35], в основании которой лежат предметные синтетические модели отражённой в сознании личности действительности. Ошибочность такого подхода и конкретные ошибки логики защитников постмодернизма – Жака Лакана, Юлии Кристевой, Люси Иригарей, Бруно Лятура, Жана Бодрийара, Жиля Делеза и Феликса Гваттари, Поля Вирилио, – а также некоторые злоупотребления теоремой Гёделя, теорией детерминированного хаоса и теорией множеств проанализированы в великолепной книге физиков Алена Сокала и Жана Брикмона [4].

Критерии позитивистов и их последователей в формулировках О. Конта, К. Поппера и других представляются поэтому более адекватными, ими мы и будем пользоваться. То есть основные критерии (второстепенные опустим) следующие: 1) в научных теориях и концепциях основное – наличие возможности проверки практикой, фальсификации, и непротиворечивая связь с уже проверенными и доказанными положениями и фактами; 2) в описательных науках – отсутствие субъективной метафоричности и ценностных (с позиций исследователя) ранжировок и классификаций в регистрируемых объектах, явлениях и событиях, того, что в исторической науке К. Поппер назвал историцизмом [5]. Вот так – их, критериев, получается не так уж много и не так уж они сложны. В некоторых случаях в социологических и культурологических исследованиях без ценностного подхода обойтись невозможно, но это должны быть ценности, принадлежащие объекту исследования, а не исследователю. Эти критерии можно считать свойствами знаний, продукта деятельности науки как социального института, а не как свойства отражённой в сознании человека действительности. Разумная материя – один из видов материи, которую В. И. Ленин определил так: «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них».

Жизнь сложилась так, что в рассматриваемой области наук об обществе один и тот же объект, элемент действительности, исследуют разные науки, каждая со своей терминологией и методом, мы же постараемся связать изложение именно на основе единства объекта. По логике изложения: в каждом случае сначала попробуем описать систему «словами», как говорится, синтетически, а потом смотреть, что поддаётся научному логическому анализу современными средствами, а что остаётся за бортом точных наук или наук вообще. Описывать будем в самом общем виде, без конкретизации, иначе нужно писать большую книгу, а не маленькую статью.

Социальный процесс включает в себя динамику внутрипопуляционных связей, межпопуляционное взаимодействие, борьбу за ресурсы, информационное взаимовлияние и т. д., содержит вытекающие из его эволюции биосоциальные явления (Н. Н. Моисеев), поэтому попытки описания похожи на потуги известного барона вытащить себя за косичку из болота. То есть субъект-исследователь находится внутри объекта исследования, является его элементом. К тому же, как заметил К. Поппер, полученное знание тут же само становится фактором социального процесса. В соответствии с теоремами Гёделя, система в этой ситуации не может быть описана полностью, но нам полностью пока и не нужно, достаточно точности с позиций практического использования. Хотя бы чтобы понять, «как бы не пропАсть». В общем виде систему пытаются описать имеющимся инструментарием – физикалистски в термодинамических терминах (энтропии, информации и т. д.), в терминах теории детерминированного хаоса, этнологии, теории цивилизаций и прочих теоретических историях. Цель настоящей работы – посмотреть в самом первом приближении, где здесь точная наука, где эпистемология, а где эклектика или просто спекуляции на терминах. В связи с обширностью темы ссылок на работы других авторов должно быть необъятное количество, поэтому их подбор будем считать ограниченным и субъективным. Их достаточно для того, чтобы заинтересовавшийся темой читатель мог продолжить изучение вопроса самостоятельно.

Общество состоит из личностей, людей с их страстями, достоинствами, недостатками, болезнями, победами и поражениями, поэтому странно, что биология человека и отчасти его психология не входили в список наук об обществе. Ошибочность такого подхода стала очевидной в последние десятилетия в связи с успехами психофизиологии и психогенетики человека, ведь общество прямо влияет на пути его генетических трансформаций, а спектр поведенческих свойств людей формирует общество [6; 7]. Результаты исследования генома человека, механизмов и путей его эволюции, в ближайшие годы должны повлиять на общественные процессы [33].

Поэтому начнём с результатов исследований физиологии высшей нервной деятельности и психофизиологических диагностик патологий, так как в основе психики любого человека в норме лежит набор генетически заложенных психофизиологических комплексов, которые за пределами нормы дают психологические патологии – психозы и фобии [8]. Психофизиологические параметры определяют поведенческие свойства организма при его взаимодействии со средой [9; 10]. Для человеческой личности эти её свойства актуализируются в связанном с формированием нейронной сети процессе научения, для этого в социальной среде эволюционно сформировано этническое информационное поле популяции, содержащее системы социальных представлений, социокод, культуру и институциональность [11; 12; 13]. Система дуальна, то есть формирование нейронной сети требует наличия информационного поля достаточной плотности (среда богатая или бедная), а в небольшой степени, на некоторых этапах научения, формирование нейронной сети может переходить под когнитивный контроль [14]. Классификация психофизиологических и психологических комплексов ещё окончательно не устоялась, наиболее адекватной представляется классификация акцентуаций П. Б. Ганнушкина и Личко (13 типов), в основном совпадающая с данными теории когнитивного диссонанса Л. Фестингера [15]. Из этих работ следует, что каждый человек в норме имеет передаваемый генетически индивидуальный набор порогов актуализации поведенческих параметров, это определяет особенности его характера при функционировании в среде.

Комментарии