ЧЕЛОВЕК И ЕГО МЕСТО В МИРЕ В ОРГАНИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ НИКОЛАЯ СТРАХОВА

Н. В. Снетова

В предлагаемой статье не будет рассказываться о «связи Тонких Тел человека с Параллельными Мирами» или о сотворении мира и человека Богом, или о зависимости фамилии от мировой программы. Перечисленная проблематика предлагается в Интернете тем, кто хочет узнать о месте человека в мире. В данной статье анализируется концепция мира и места в нём человека, которая развивалась петербургским философом Николаем Николаевичем Страховым (1828–1896). Посмотрим, насколько современна и научна концепция философа второй половины XIX века, с каких позиций в ней решается вопрос о человеке и мире.

С нашей точки зрения, философа можно отнести к представителям такого направления, как органицизм. В предисловии к лучшей книге «Мир как целое»(1872) Страхов чётко описывает видение мира, соответствующее органическому подходу. По нашему мнению, стратегемой органицизма является принцип целостности. В соответствии с ней мыслителем, прежде всего, акцентируется целостность мира. Эта целостность предполагает взаимосвязь всего существующего в нём. Принцип всеобщей связи также находим в страховской концепции. Читаем в предисловии к работе «Мир как целое»: «Мир есть целое, то есть он связан во всех направлениях, в каких только может рассматривать его наш ум». «Мир есть связное целое, то есть все его части и явления находятся во взаимной зависимости. В нём нет ничего самобытного, никаких особых начал, никаких простых тел, <…> нет самостоятельных от века различных сил, нет ничего неизменного, само по себе существующего. Всё в зависимости, и всё течёт, как говорил еще Гераклит» [3, с. VII]. При этом мыслитель сознательно применяет принципы целостности и всеобщей взаимосвязи в философской антропологии, понимая, какие важные и глубокие выводы следуют из них в концепции человека.

В своей онтологии Страхов как органицист настаивает на идее единства мира. Мир, по его мнению, не распадается на две, на три, или, вообще, на несколько сущностей. Весь опыт естествознания указывает на то, что везде, куда проникает наука, она видит одно и то же вещество, одни и те же законы, одни и те же свойства вещества, что и на Земле. В его работе «О простых телах» (1865) специальная глава посвящается доказательству, что весь необходимый ход науки подтверждает единство, «цельность» мира. «Планеты для нас уже не от века отдельные, особо существующие тела; мы знаем теперь, ? пишет мыслитель, ? что они выделились из одной общей массы, некогда бывшей на месте нашей солнечной системы». Виды животных и растений, которые некогда рассматривались в качестве независимых форм, «как признано теперь благодаря Дарвину, развивались одни из других. Таким образом, цельность мира, несмотря на его разнообразие, доказывается все яснее и яснее» [3, с. 507]. Если вникнуть в высказанную мысль, и к тому же учесть всё содержание идей книги «Мир как целое», то можно сделать заключение, что философ в 60-х годах XIX в. предлагает понимание мира, во-первых, как развивающегося, во-вторых, этот процесс развития представляется им в виде единого, закономерного мирового процесса. В соответствии с духом органицизма в книге «Мир как целое» утверждается единство органического и неорганического мира.

В целом мыслитель исходит из того, что единство мира утверждается как философией, так и всей историей развития естествознания, что является, на наш взгляд, правильным утверждением. При этом философ выдвигает глубокое и мировоззренчески очень важное положение о том, что «величие целого мироздания отражается на Земле, что в ней вполне отразилась сущность мира». В итоге, будучи последовательным, он обосновывает, во-первых, принцип единства мира и человека, во-вторых, связь отдельного индивида и мира в целом.

В осмыслении сложных вопросов о единстве мира, месте Земли и человека в мире у Страхова можно заметить два софизма. Первый софизм состоит в подмене идеи Земли как отражения «величия» и сущности мира утверждением, что по Земле можно познавать мир. Второй софизм ? подмена единства мира его единообразием. Приводя естественнонаучные аргументы в пользу единства мира, философ незаметно единство подменяет единообразием, прямо употребляя данный термин. В статье «Жители планет» («Время», 1861, № 3) он утверждает, что, если на какой-нибудь планете есть жизнь, люди, то они могут существовать только точно в таких же формах, как на Земле. При этом учёный опирается на данные наук, действия законов природы, совершенно не обращаясь к религиозным представлениям или религиозной терминологии. Страхов преувеличивает сходство Земли со всеми планетами Вселенной, понимает единство мира слишком прямолинейно, упрощенно. Однако в его оправдание следует отметить, что данный подход и подмена обоснования единства демонстрацией единообразия мира были в философии того времени типичными. Данную ошибку можно заметить и в сегодняшних работах по онтологии.

В органической концепции Страхова целостный, единый и развивающийся мир устроен иерархично. Концепт иерархического устройства является важной составляющей представлений мыслителя, входящей в онтологические основания его философской антропологии. В предисловии к книге «Мир как целое» читаем: «Мир есть стройное целое, или, как говорят, ? гармоническое, органическое целое. То есть, части и явления мира не просто связаны, а соподчинены, представляют правильную лестницу, пирамиду, всего лучше сказать ? иерархию существ и явлений. Мир как организм имеет части менее важные и более важные, высшие и низшие: и отношение между этими частями таково, что они представляют гармонию, служат одни для других, образуют одно целое, в котором нет ничего ни лишнего, ни бесполезного» [3, с. VII]. При этом добавляется, что такое единство мира можно получить только одухотворив природу, признав, что истинная сущность вещей состоит в различных степенях воплощающегося духа. Данный вывод делался с учетом господствовавшего в естествознании механистического понимания мира, поэтому, с его точки зрения, единство мира допустить невозможно, не одухотворив всю природу.

Комментарии